Прячут, ищут, прячут…
canberraИюнь 2009 -
Количество погибших горняков на шахте им. Скочинского увеличилась до девяти лиц. Четырех ищут и до сих пор.
В среду на Донбассе состоялись похороны шести погибших горняков шахты имени Скочинского. Пяти из них похоронили на городском кладбище неподалеку рудники. Именно здесь в 1998 году на последний подземный горизонт глубиной всего два метра провели и жертв подземного взрыва, который забрал жизнь 63 шахтеров. В целом за последние три десятилетия на более глубокой шахте случились 15 групповых аварий, жертвами которых стали 109 горняков… А в настоящее время на угольном предприятии, где в понедельник произошли выбросы газовой смеси, длятся спасательные работы. Вместе со спасателями поиски своих коллег ведут и опытные горняки. Однако сделать это нелегко, потому что, кроме высокой температуры, приходится преодолевать завалы угля, которого в лаве свыше 700 тонн. До сих пор неизвестной считается судьба четырех потерпевших.
«А может, не в мое изменение…»
Уцелевшие горняки шахты имени Скочинского, а их 38, продолжают курс лечения в Донецкой областной больнице профзаболеваний. Понемногу отходя от отравления чадным газом и от всего пережитого под землей, потерпевшие теперь вспоминают и фатальное изменение, и коллег, к которым судьба оказалась не такой снисходительной.
Самый молодой в палате, 19-летний Николай Клюцук, даже немного удивляется, когда слышит вопрос относительно выбора рискованной профессии. «А где еще в нас можно сейчас заработать реальные деньги, чтобы содержать семью, как не на шахте? – риторически спрашивает молодой горняк. – У меня отец лет двадцать работал на этой же шахте имени Скочинского и дядя тоже. Но у нас здесь все из шахтерских семей. У нас это уже в крови. Ведь хорошо знаем: да, тяжело, так, опасно, но все равно лезем под землю. Потому что все время себя убеждаем: может, пронесет… Бывает, люди по тридцать лет под землей и ничего – уцелели. Но иногда наоборот. Мой знакомый на нашей шахте всего четыре дня проработал, попал под эти выбросы и погиб… Я только год под землей и впервые побывал в такой ситуации. То время – около часа, когда мы выходили из аварийного участка, для меня словно остановился. Вышли сначала на свежую струю воздуха. Здесь подождали, пока все из лавы вылезут. Думали, а вдруг кому-то станет плохо и придется нести. Последним выбежал горный мастер, и тогда вместе двинулись к свежей струе».
23-летний Александр Миронович, как и свой младший коллега, тоже проработал на шахте немного больше года, и это изменение пока самое памятное в его короткой биографии. «Когда все произошло, в первые минуты пытались понять – что происходит? Эпицентр выбросов был внизу, и мы больше проникались, что там делается. Я уже убедился, что в таких случаях жизни каждого – в его руках. Если запаникуешь, испугаешься, можешь живым оттуда не выйти. Нас было трое, а неподалеку еще двое коллег. Угольная пыль поднялась и стояла стеной, потому шли ощупью: руку вперед протянешь, а ее не видно. Кое-кто пробовал и ползти по известным ориентирам, ведь здесь ходим каждую смену и этот путь знакомый…».
На вопрос, вернутся ли после лечения в шахту, молодые горняки отвечают утвердительно. Правда, в один голос рассказывают, что их матери и жены против этого.
«Нужно делать выводы…»
Ясное дело, эксперты сделают свои выводы аж после того, как побывают на аварийном участке и осмотрят непосредственно место трагедии. А горняки, которые работали в это изменение и уцелели, по большей части говорят, что в этот раз обошлось без «человеческого фактора». Причиной внезапных выбросов, по их убеждению, могла стать стихия. То есть свой коварный норов в который раз продемонстрировала сама природа более глубокой выработки (авария произошла на горизонте 1250 метров).
Кстати, о стихии чаще начали в эти дни вспоминать не только рядовые горняки, но и руководители угольной отрасли. Глава правительственной комиссии, которая работает на шахте, руководитель Минуглепрома Виктор Полтавец даже не исключает запрещение горных работ в сверхглубоких витчизяних шахтах. По его словам, сейчас длится проверка соблюдения «скочинцами»-глубинниками всех норм ведения работ на этой глубине. И если выяснится, что люди и в самом деле здесь ни к чему, «нужно делать выводы». «Нужно намного глубже вникнуть в эти положения – вплоть до запрещения горных работ на таких глубинах», – убежден министр.
В свое время похожие предложения слышались после нескольких кряду аварий на глубине донецкой шахты имени Засядька. Правда, эти пожелания до сих пор так и остались пожеланиями. А в случае с шахтой имени Скочинского появились утверждения, которые могут опровергнуть «естественную» версию аварии. В частности, пресс-служба территориального управления Держгирпромнагляду Украины в Донецкой области распространила следующую информацию. Окажутся, за два дня до аварии на протяжении оперативной проверки государственный инспектор Держгирпромнагляду выдал распоряжение о запрещении работ во второй западной лаве, где потом произошли выбросы, через нарушения, которые создавали угрозу жизни горняков. Соответствующий акт, где обозначено 18 пунктов нарушений, передали директору шахты. А вскоре ведомственный присмотр рудника провел собственную внутреннюю проверку и убедил инспектора, что все нарушения устранены, потому, мол, целесообразно продолжать приостановленные работы. Но проверить это инспектор не успел как раз через аварийную ситуацию во второй западной лаве. Сейчас проверка за этим фактом длится и вместе с экспертами здесь работают еще и следственные прокуратуры.
Читайте также:
Вентилируемые фасады: УкраинаLeave a comment!
You must be logged in to post a comment.